Хомка

Леонид Каганов

Леонид Каганов Хомка Стасик вращал карандаш долго. Резинка натягивалась, скручиваясь в штопор, а затем появился и первый барашек. Руки устали. Сосед по парте, вредный толстяк Женя Попов, искоса наблюдал за приготовлениями. "Если сейчас зачешется нос, - подумал Стасик, - я никак не смогу его почесать". В тот же миг нос действительно жутко зачесался. Но приходилось терпеть и крутить карандаш, придерживая свободной рукой линейку. Нос чесался нестерпимо. "А вот Майор Богдамир бы вытерпел!" - думал Стасик, сжимая зубы. Когда Ольга Дмитриевна перешла к разбору третьей задачи, резинка уже целиком покрылась барашками и катапульта была готова. - Подержи линейку минуточку, - шепнул Стасик. - Чтоб вместе с тобой выгнали? - Женя отвернулся. - На перемене в лобешник получишь, - пригрозил Стасик. Женя Попов ничего не ответил. Пришлось прибегнуть к шантажу. - Скажу Ольге Дмитриевне, что ты копался в ее столе... - Я не копался! - возмутился Женя. - А я скажу, что копался. - Так нечестно! - Зато интересно. На Женю Попова было жалко смотреть. Но все-таки он еще колебался. Тогда Стасик набрал в легкие воздуха и поднял подбородок, словно собираясь привстать за партой и сделать громкое заявление. Это подействовало. - Где подержать? - торопливо прошептал Женя. Стасик кивнул на свободный конец линейки. Женя воровато оглянулся на Ольгу Дмитриевну, заливающуюся соловьем у доски, отодвинул перо с планшетом и прижал линейку локтем. Теперь можно было отпустить пальцы и почесать нос. Стасик нагнулся под парту и вытащил ранца хомку. Словно чувствуя неладное, хомка тревожно водил пушистым носиком и шевелил всеми своими лапами. Стасик аккуратно посадил его в бумажную корзинку катапульты. Хомка не сопротивлялся. - Руженко, ты чем занят? - недовольно гаркнула Ольга Дмитриевна, всматриваясь в дальний угол класса. - Записываю, - торопливо сказал Стасик. - Что ты там записываешь? - проскрипела Ольга Дмитриевна самым противным тоном, каким только умела. - Ты решил уравнение? - Решаю... - Выходи и решай на доске! Стасик посмотрел на Женю, виновато пожал плечами и отправился к доске. Женя остался за партой, не в силах пошевельнуться. Локоть его держал взведенную катапульту. В глазах застыло страдание. На экранной доске красовались развалины уравнения. Стасик взял рук учительницы еще теплый магнитный маркер и остановился в нерешительности. - Где у нас переменная? - спросила Ольга Дмитриевна. Стасик нерешительно ткнул маркером в нижнюю строчку. - Руженко, я тебя оставлю на второй год! Покажи мне числитель! Стасик замялся, указал на верхнюю часть строки, но по брезгливому лицу Ольги Дмитриевны понял, что опять не угадал. - Кто поможет? - проскрипела Ольга Дмитриевна, оглядывая притихший класс. - Сосед поможет. Попов? - Числитель справа! - испуганно сказал Женя Попов. - Для ответа положено вставать! - Извините, - пробормотал Женя, но не встал. - Числитель справа, икс минус тридцать два... - А ну встань, когда разговариваешь с педагогом!!! - рассвирепела Ольга Дмитриевна. Все обернулись на Женю, и наступила тишина. Женя вздохнул и медленно, обреченно поднялся. Освободившаяся линейка со свистом распрямилась и завибрировала с дробным стуком. Хомка взмыл под потолок, перелетел через весь класс, с размаху хлопнулся о тяжелую штору и повис на ней под самым потолком, испуганно уцепившись всеми шестью лапками. Примерно так и планировал Стасик, но не в такой же момент... В солнечных лучах вокруг шторы закружились пылинки. Хомка глянул вн и заверещал. Под ним на шторе расползалось мокрое пятнышко - видимо, от страха. Класс взорвался хохотом. Ольге Дмитриевне пришлось трижды стукнуть указкой, прежде чем снова наступила тишина. - Попов, забирай своего хомку, собирай вещи и вон за дверь! - рявкнула она. Повисла напряженная пауза. Стасик потупился. Ему вдруг представился Майор Богдамир - суровый и нахмуренный. Одна могучая ладонь была картинно заведена за спину, другая крепко сжимала рифленую рукоять атомного нагана, висящего на поясе. Воротник скафандра был небрежно распахнут, обнажив могучую жилистую шею. Глаза-лазеры сверлили курточку Стасика, пуговицы плавились и капали на линолеум. "Я Майор Богдамир, часовой Галактики! - прохрипел Майор Богдамир. - А ты трус и мерзавец! Ты хуже злодея Пакстера!" Видение исчезло. Стасику было очень стыдно. Он вздохнул и поднял голову. - Ольга Дмитриевна, это сделал я! Это мой хомка. - Значит, оба вон за дверь! - с той же интонацией рявкнула Ольга Дмитриевна. - Руженко - завтра с родителями. А со следующего урока я тебя пересажу. Ты будешь сидеть... - Она оглядела класс. - Будешь сидеть с Перепелых! - С девчонкой я сидеть не буду, - твердо заявил Стасик. Анна-Мария Перепелых фыркнула, гневно качнув челкой. Всем своим видом она показывала, как ей отвратительна мысль сидеть за одной партой с Руженко. - Руженко, ты еще здесь?! - Ольга Дмитриевна смерила его взглядом, словно только сейчас заметив. - Собрал вещи и вон класса! Стасик отодвинул свой стул как можно дальше, сел вполоборота и первую половину урока демонстративно глядел в другую сторону. Анна-Мария тоже его не замечала. Но делать было нечего. Поэтому Стасик все-таки сел ровно, взял линейку и положил ее поперек парты. - Это граница, - сказал он. - Здесь моя территория. Там - твоя. - И подавись. - Анна-Мария копошилась в небольшой коробочке и не обращала на Стасика никакого внимания. - Граница охраняется! - предупредил Стасик. - Зайдешь на мою территорию - щелбан! - Чего ко мне пристал - влюбился, что ли? - шикнула сквозь зубы Анна-Мария. - Сама ты дура! - возмутился Стасик и снова надолго отвернулся. Но вскоре ему наскучило сидеть без дела. Он искоса глянул на Анну-Марию и немного подвинул линейку в ее сторону. Та ничего не заметила, потому что копалась в коробочке. Стасик еще чуть-чуть подвинул линейку в глубь вражеской территории и снова выжидательно глянул на Анну-Марию. Только сейчас Стасик заметил, чем она занимается. Анна-Мария сосредоточенно разглядывала хомку внутри коробочки-клетки. Хомка был красивый - белое пузо, голубая шерстка, четыре лапки и два белых крыла, покрытых тонкими перышками. - Он у тебя летает? - удивился Стасик. Анна-Мария ничего не ответила. Она чесала минцем хомку между крыльями, а на глазах ее были слезы. Хомка вяло шевелил лапками и все норовил свернуться клубком, уткнувшись носом в пузо. - Куклится, - убежденно констатировал Стасик. - Вон сонный какой! - Ему всего два месяца! - всхлипнула Анна-Мария. - Иногда они куклятся раньше, - сообщил Стасик с видом знатока. Анна-Мария тихо вздохнула, закрыла коробочку и уронила голову на руки. - Куклится! Куклится! Куклится! - поехидничал Стасик. - Дашь скушать? Или сама съешь? Анна-Мария тихо подергивалась, и Стасик понял, что она плачет. - Ну ладно, ладно тебе... - сказал он примирительно. - Подумаешь, хомка. Еще сделаешь. Анна-Мария подняла голову. Сквозь челку смотрели заплаканные глаза. - Больше такого никогда не получится! - всхлипнула она. - Я код не сохранила! Настал миг триумфа. Стасик гордо выпрямился, прищурился и пронес, стараясь подражать Майору Богдамиру: - Не бойся, ты со мной! Я подберу тебе код! - Как? - Глаза посмотрели -под челки с надеждой. - Запросто, - кивнул Стасик. - Увидишь. - Как? - Возьму у хомки капельку слюны и запихну в инкубатор. В слюне плавают клетки этого... эпителия. В каждой клетке - код. - Так не получится! - Это на твоем не получится. А на моем получится! - У меня инкубатор седьмого поколения! - обиделась Анна-Мария. - Мне папа привез Кореи! - Вот потому и не получится, - усмехнулся Стасик. - Руженко! - рявкнула Ольга Дмитриевна. - Ты и здесь отвлекаешься? Перепелых, прекрати с ним разговаривать! Воркуют, как два голубя на скамейке! Класс захихикал. - Жених и невеста! - раздалось с дальнего ряда. Раздался новый взрыв хохота. - Сейчас детей нарожают! Снова грохнул хохот. Стасик почувствовал, как багровеют уши. Он был готов провалиться сквозь землю. - Попов, закрой свой поганый рот! - Ольга Дмитриевна яростно постучала указкой. - Я никого здесь не держу! Кому не интересно - могут выйти класса. К директору! Снова воцарилась тишина. И в тишине прищуренный взгляд Ольги Дмитриевны еще долго ползал по классу - как лазерный прицел на атомном нагане Майора Богдамира. Убедившись, что дисциплина восстановлена, Ольга Дмитриевна повернулась к доске и заскрипела магнитным маркером. "Ты правда сможешь сделать такого же хомку?" - написала Анна-Мария на своем планшете и подвинула его Стасику. Тот гордо выпрямился и написал: "Все могу!!!" "А можешь сделать, чтобы он не куклился через три месяца?" "Могу!!!" "Как??? Научи!!!" "Потом!!! Она на нас смотрит!!!" - Перепелых и Руженко! Что вы там планшетами меняетесь? - загрохотало у доски. - Руженко, встань и повтори, о чем я сейчас рассказывала! Из школы они вышли вместе. Стасик бегал вокруг Анны-Марии и пинал пластиковую бутылку от минералки. - Я космический нинзя Майор Богдамир! - кричал он. - Бдыщ! Бдыщ! Бдыщ! - Прекрати скакать, - сказала Анна-Мария. - Ты правда можешь сделать бессмертного хомку? - Я владыка добра Майор Богдамир! - кивнул Стасик. - Я всегда там, где меня кликают о помощи! Пара пустяков! Скачиваешь Сети пиратскую прошивку для инкубатора - и делов! - А где скачиваешь? - А места надо знать! - И для моего инкубатора тоже есть? - Это надо разбира-а-аться... - важно пронес Стасик с интонациями отца. - Поможешь? Стасик пожал плечами, размахнулся и пнул бутылку далеко вперед по дорожке. - Я Майор Богдамир, дистрибьютор добра, - повторил он. - Я всегда там, где меня кликают о помощи! - Мне не нравится сериал про Богдамира, - поморщилась Анна-Мария. - Мне нравится про фею Элабет. - Фея Элабет дура и поет нудные песни! - тут же заявил Стасик. - Сам дурак, - огрызнулась Анна-Мария. Они пошли молча и дошли до самых гаражей. Вдруг щели наперерез выскочил Женя Попов со своими друзьями - веснушчатым Белкиным и рослым второгодником Кузей. Стасик и Анна-Мария остановились. - Тю! - сказал Кузя с деланным удивлением. - Жених и невеста! - Сам жених и невеста! - обиделась Анна-Мария. - Уже поболтать нельзя! - Тише, пацаны, они сейчас поцелуются! - предположил Женя. - И детей нарожают! - захохотал Белкин, дурашливо помахивая ранцем. - Попов, а в лобешник? - грозно спросил Стасик, обращаясь только к Жене. - Рискни, - ухмыльнулся Попов, но на всякий случай оглянулся на Кузю и Белкина. Кузя и Белкин вразвалочку подошли ближе и обступили парочку с обеих сторон. - Бежим быстрей! - Анна-Мария дернула Стасика за рукав, но тот медленно покачал головой. - Майор Богдамир не умеет отступать! - сказал он гордо. - Иди домой, Перепелых, - мотнул головой Женя. - У нас к Руженко разговор. Охамел, Руженко? Он размахнулся и ткнул Стасика в плечо. Стасик отлетел на метр и упал на одну коленку. Женя подошел ближе. За ним подтянулись Кузя и Белкин. - Ну что, Руженко, кому ты здесь в лобешник дать собирался? Стасик медленно поднялся, вынимая руку -за пазухи. Из кулака торчала мордочка хомки. Стасик слегка сжал кулак, и хомка заверещал, обнажая два острых зуба. - А ну стоять!!! - неожиданно рявкнул Стасик. - Подойти сюда!!! Женя Попов вздрогнул. - Пацаны, он нас своим хомкой пугает! - захохотал Белкин, но под суровым взглядом Стасика умолк. - А ну подойди! - зашипел Стасик, надвигаясь на Женю и размахивая сжатым кулаком. - У моего хомки зубы от болотной гадюки! Три часа кровавого поноса, судороги и смерть! Ноги у Жени чуть подогнулись, он остолбенело раскрыл рот и как завороженный следил за раскачивающимся кулаком, которого торчали два белых зуба. Ему даже казалось, что с них во все стороны капает яд. Быстрее всех среагировал Белкин. - Пацаны, тикай! - сдавленно крикнул он и первым бросился в щель между гаражами. Следом за ним устремился Кузя. Женя наконец пришел в себя, развернулся, вытянул вперед руки и с жалобным воем поспешил за друзьями. Стасик мстительно посмотрел им вслед, разжал кулак и подул на хомку, разглаживая шерстку. Бережно сунул его за пазуху и только тогда оглянулся на Анну-Марию. В ее глазах светилось неподдельное восхищение. - Я Майор Богдамир, часовой галактики, - напомнил Стасик, почесывая ушибленную коленку. - Бдыщ! Бдыщ! Бдыщ! И они пошли дальше. - А ты его не боишься носить в кармане? - наконец пронесла Анна-Мария. - В смысле? - Ну, он тебя не укусит? Ядовитыми зубами? - У него обычные, крысиные. Это я наврал... - нехотя объяснил Стасик и, видя недоуменный взгляд Анны-Марии, пояснил: - Я прошлому хомке по правде хотел от гадюки сделать! Даже скачал Сети генокод. Потом думаю: что я, больной? Инкубатор седьмого поколения поражал великолепием - черная полусфера, напоминающая перевернутый котелок, блестела новеньким пластиком. По переднему краю тянулась вереница кнопок, а над ними располагался даже экранчик для непонятных цифр. - Обалдеть! - сказал Стасик, подходя к компьютерному столику и восхищенно прикасаясь пальцем к полусфере. - Седьмого поколения, - напомнила Анна-Мария и махнула рукой в сторону детской. - Пойдем, покажу своих хомок. У меня их двадцать три! И с крыльями, и с жабрами, и с рожками, и... - Инструкция есть? - перебил Стасик, не сводя глаз с инкубатора. - Есть. - Анна-Мария привстала на цыпочках, развернулась и начала копаться в шкафу. - И на английском, и на русском... - Совсем новый... - восхищенно вздохнул Стасик и подковырнул ногтем квадратик пленки, закрывающей экранчик. - Ай! Что ты делаешь?! - взвгнула Анна-Мария. - Приклей на место! - Уже не приклеится. Ты его что, продавать собралась? - Дурак! - продолжала вжать Анна-Мария. - Испортил! - Мой инкубатор вообще без экранчика и без кнопок. И ничего, пашет! - Ты испортил! - Не испортил, а подготовил к серьезной работе, - строго сказал Стасик и протянул ей пленочный квадратик. - Спрячь, если так надо. Анна-Мария долго разглядывала квадратик, а затем бережно спрятала в карман кофты. Стасик тем временем сосредоточенно листал инструкцию. - Ну, не знаю, что тут за седьмое поколение, - проворчал он наконец. - По-моему, ничем от моего не отличается... - Отличается! - топнула ногой Анна-Мария. - Отличается, отличается! - И чем отличается? - Всем отличается! - Ты ж мой не видала? - Все равно отличается! У моего кнопок больше! - На фиг они нужны? Температуру инкубации руками регулировать? Так ее надо компа выставить один раз и забыть! - У моего объем камеры два килограмма! - И подумаешь! - сказал Стасик огорченно. - А смысл? Страусиные яйца закладывать будешь? - Буду! - отрезала Анна-Мария. - Ну и на здоровье, - сказал Стасик примирительно. - в Сеть залезем, поищем к нему прошивку! - Папа не разрешает включать комп. - Чего-о-о? - удивился Стасик. - Это разве не твой комп? - Не мой. Папин. - Комп папин, а приставка к нему - твоя? - Инкубатор тоже папин... - потупилась Анна-Мария. - В лобешник такому папе, - сказал Стасик. - Не смей так говорить! - обиделась Анна-Мария. - Мой папа хороший! - На большой мешок похожий! - Не смей так говорить! - Анна-Мария гневно топнула ножкой. - Папа сказал, когда мне будет десять лет, он мне разрешит пользоваться компом. - Десять лет? - умился Стасик. - Это ж ты совсем старухой будешь! - Не буду, не буду! Стасик задумчиво цыкнул зубом. - Ну и как хочешь. Я пошел, - буркнул он и поднялся, с тоской поглядывая на аппарат. - Моделируй своих хомок со своим папочкой... - Подожди! - схватила его за рукав Анна-Мария. - просто подождем папу. - И вместе с папой будем качать пиратские прошивки? - А они пиратские?! - В глазах Анны-Марии мелькнуло страшное разочарование. - Нет, знаешь, школьные! Стасик высунул язык и скорчил такую рожу, что Анна-Мария поняла: прошивки не просто пиратские, а самые настоящие бандитские, за которые взрослых людей сажают в тюрьму или в монастырь, а потом рассказывают об этом в вечерних новостях. Она беспомощно посмотрела на инкубатор, затем на Стасика, затем снова на инкубатор. - А тебе точно нет десяти лет? - спросила она с надеждой. - Я тебе не Кузя! - обиделся Стасик. - Я обещала папе не включать без него комп... - опустила глаза Анна-Мария и всхлипнула, но тут ее озарило, и она снова ухватила Стасика за рукав. - Слушай! Мне восемь и тебе восемь, значит, нам вдвоем - шестнадцать, да? Стасик уткнулся в экран, отключился от действительности и перестал замечать Анну-Марию. От нечего делать она ходила по комнате, носила туда-сюда своих хомок, иногда задавала Стасику вопросы, но ответы получала невразумительные, и это ее злило. - Можешь ты ответить как человек?! - крикнула она наконец и топнула ножкой. - Что? - Стасик оторвался от экрана. - Я спрашиваю: почему хомки живут только три месяца? - У них такая генетическая программа... - пробормотал Стасик, не поворачиваясь. Он сосредоточенно нажимал на кнопки. - У людей восемьдесят лет... у кошек пятнадцать... у хомок три месяца... - А почему? - Чтоб не надоедали. Чтоб заводить новых. Это ж детская игрушка. - Но они живые! - Живая детская игрушка. - Стасик пожал плечами. - Конструктор. - А зачем они превращаются в шоколадный батончик, когда куклятся? - Метаморфоза у них такая. На пиратской прошивке можно отключить, если хочешь. Будет вонючий трупик. - Но почему в батончик-то? - Чтоб съесть его было вкусно. - Зачем съесть? - Чтоб дети спокойно относились к жни и смерти. - Зачем относились? - Что ты ко мне пристала? - обернулся Стасик рассерженно. - Что я тебе, психолог школьный? - Я думала, ты все знаешь... - Анна-Мария надула губки. - Ну... - смутился Стасик. - Ну, и знаю. А чего приставать-то? - Ты нашел пиратскую прошивку? - Нашел, качается. Только она сама не заработает, там защита на твоей модели. Пишут, что надо инкубатор развинтить и перемычку там одну оторвать. - Ай! - подпрыгнула Анна-Мария. - Папа нас точно убьет! - А он ничего не узнает. - я выйду комнаты и не буду знать, что ты там делаешь, - решила Анна-Мария. - Давай, - кивнул Стасик. - Я тебя позову, когда соберу обратно. Только принеси мне отвертку плоскую. - Какую? - Ну или ножик с кухни. - Слушай, а ты его точно не сломаешь? Стасик смерил ее взглядом. - Я Майор Богдамир, владыка орбиты! - напомнил он. Анна-Мария распахнула коробочку-клетку, и оттуда ей на руки выкатилось небольшое яйцо, поросшее голубым мехом. Анна-Мария учила его со всех сторон, но оно было сплошным - ни намека на голову, лапки или хвост. - Ну все, опоздали, - сказал Стасик, глянув через ее плечо. - Окуклился. Они за три часа куклятся. К утру будет шоколадка... Анна-Мария всхлипнула, закрыла глаза рукавом и мелко затряслась. - И... - рыдала она. - И что... Никак? - Никак, - подтвердил Стасик. - У него теперь рта нет, слюны нет, крови нет, где ж клеточку взять? - А если его разре-е-е-езать... - предложила Анна-Мария сквозь слезы. - Он пока не шоколадка, ему будет больно, - покачал головой Стасик. - Я одного такого резал, он дергался. Анна-Мария еще сильнее уткнулась в рукав и зарыдала. - Ну, ну, плакса! - Стасик потряс ее за плечи. - Перестань! - А-а-а-а-а... Все зря-я-я-я... - рыдала Анна-Мария. - Перестань, перестань! - убежденно повторил Стасик. - У тебя инкубатор на два кило, можно хоть слоненка вырастить! Анна-Мария замерла и оторвала от глаз зареванный рукав. - Слоненка? - Глаза ее заблестели. - Ай! Настоящего слоненка? Чтоб на нем в школу ездить? Стасик задумчиво покосился на инкубатор. - Про совсем большого слоненка не знаю... - сказал он с сомнением. - Это надо разбира-а-аться... С двух килограмм мы его не выходим, помрет... Хотя если запрограммировать скоростной рост... - Ну во-о-о-т... - захныкала Анна-Мария. - Вот ослика маленького можно вырастить - сто процентов. Только слюну найти. Собачку можно. Дракончика я видел в Сети классного в одном месте, уже готового. Можно код скачать, только это долго будет. - Дракончика? А еще кого можно? Стасик засунул в рот палец и крепко задумался. Анна-Мария смотрела на него с нетерпением. Наконец Стасик вытащил палец, рассеянно взглянул на него, а затем вытер о кресло. - Человечка можно. - Человечка? Настоящего?! - Нет, пластмассового! - Стасик высунул язык и скорчил рожу. - Хочу человечка! - взвгнула Анна-Мария. - Прикинь, у нас будет свой собственный человечек! - А запросто! - сказал Стасик. - Если памяти в компе хватит. Я тебе уже новый геном-редактор скачал, версия шесть ноль! - Только чур он будет общий, наш человечек! - строго сказала Анна-Мария. - Общий, - согласился Стасик. - Девочка! Чтоб она была как фея Элабет! - Бэ-э-э-э... - Стасик поморщился и образил, как его тошнит. - Если уж делать, то солдата! Чтоб он был как Майор Богдамир - ноги-сопла, глаза-лазеры! Вот только как сделать глаза-лазеры? - Элабет! Элабет! - закричала Анна-Мария и захлопала в ладоши. - Мы ее оденем в платье, а она на меня так посмотрит глазками: хлоп-хлоп-хлоп! Хлоп-хлоп-хлоп глазками! А я ей скажу: что за де-е-евочка такая? А она мне... - Вместо глаз - лазеры, - твердо заявил Стасик. - Это будет храбрец! У него будет красный плащ-скафандр, и он будет командовать звездолетами! - Не будет! Не будет командовать! - топнула ногой Анна-Мария. Стасик смерил ее строгим взглядом. - Тогда жди папу, - сказал он и откинулся в кресле, болтая ногой. - Противный! Противный! - Анна-Мария пнула кресло и горько заплакала. Стасик закатил глаза, понимающе пожал плечами, будто сверху на него смотрел Майор Богдамир, и повернулся к Анне-Марии. - Ладно, ладно, не хнычь, - сказал он, тяжело вздохнув. - Сделаем девочку. Уступаю! Анна-Мария посмотрела на него счастливыми мокрыми глазами и еще раз хлюпнула носом. - Уступаю! - повторил Стасик и покровительственно махнул рукой. - Ну если ты так хочешь... - сказала Анна-Мария. - Если ты так хочешь, то я тоже уступаю. по-твоему - сначала мальчика. - А давай, чтоб по-честному, бросим карточку? - предложил Стасик. - Давай! - Она порылась в ящике и нашла старую мамину карточку. - Если штрих-код, то мальчик, - сказал Стасик. - Глаза-лазеры! - А если герб банка, то фея Элабет! - Анна-Мария подкинула карточку к самому потолку. Они завороженно смотрели, как карточка, кружась, планирует под диван. - Мальчик! - радостно крикнула Анна-Мария -под дивана. - Круто! - кивнул Стасик. - Тащи яйцо, плевать в него буду! - А почему ты? - обиделась Анна-Мария. - Я тоже хочу плевать! - Потому что нам нужны гены мальчика, - объяснил Стасик. - Так нечестно! - топнула ногой Анна-Мария. - Мы договаривались, что человечек будет общий! - Как же общий-то? - задумался Стасик. - Общий никак не получится... - А как же у родителей общие дети рождаются? - Не знаю, - честно сказал Стасик. - У папы сыновья рождаются, у мамы - дочки. - Все дети рождаются у мамы живота! - назидательно сообщила Анна-Мария. - Там у нее инкубатор. Стасик с сомнением посмотрел на черную полусферу и покачал головой. - Сто процентов! - уверенно сказала Анна-Мария. - Инкубатор у мамы. - Мне мама когда-то говорила, что детей находят в Яндексе... - А это где? - Не знаю. По-моему, бред. - Бред! - подтвердила Анна-Мария. - Инкубатор у мамы. Сто процентов. - А откуда тогда сыновья? - ехидно поинтересовался Стасик. - Наверно, папа в маму плюет, пока они целуются, - предположила Анна-Мария. - Точно! - Стасик хлопнул себя ладонью по лбу. - Я в кино видел, как они губами складываются и стоят так! - Как-то это противно... - поморщилась Анна-Мария. - Пакость, - согласился Стасик. - Но мы сделаем по-нормальному. Ты плюнешь, и мы отсканируем твой генокод. А потом я плюну, и отсканируем мой. А потом мы их сложим. - Это как? - Я вспомнил. В геном-редакторе есть фильтр для совмещения мужского и женского кода. А я-то думал: на фига он нужен? - Круто! - Анна-Мария захлопала в ладоши и побежала к холодильнику за яйцом. Вернулась она кухни разочарованная. - Нету! Кончились хомкины яйца! - захныкала она. - Что, даже куриных нет? - А разве куриные годятся? - удивилась Анна-Мария. - А ты думала, хомкины яйца - это не куриные? Это тоже куриные, только обработанные специально от микробов и раскрашенные. И стоят дорого. И коробки у них специальные. - А хомка вырастет куриного? - Хомка вырастет любого. Важно скачать Сети правильную прошивку без запретов. Только выбери яйцо побольше. У тебя от обычных кур или есть модифицированные? - Есть куриные-экстра! Килограммовые, для салата! - кивнула Анна-Мария. - В самый раз! Нужно три яйца: одно большое - для ребенка, а два можно обычных - их сварить вкрутую. - Зачем? - удивилась Анна-Мария. - Мы их разрежем, плюнем в середину и поставим в гнездо инкубатора на считывание. Без яйца он не будет ничего считывать, там защита стоит. - Ясно! - кивнула Анна-Мария, побежала на кухню, и оттуда донеслось: - Я хорошо умею варить яйца! Подготовить генокод для человечка оказалось куда сложнее, чем думалось Стасику. Первая неприятность случилась, когда Стасик установил в инкубатор яйцо со своим плевком и попытался считать геном. Обычно это занимало не так уж много времени даже на таком слабеньком компе, как у Стасика, но тут, видно, код был длиннее. Геном-редактор надолго замер, а на экране кружился дубовый листок - машина работала. Стасик тревожно болтал ногой, оглядываясь по сторонам. Его что-то тревожило. Наконец взгляд упал на кабельную розетку, и тут чутье подсказало выдернуть шнур доступа в Сеть. - Зачем? - удивилась Анна-Мария. - В кино видел, - буркнул Стасик. На самом деле он и сам не мог объяснить, зачем отключился от Сети. Но тут обработка закончилась, комп яростно пискнул и выбросил на дисплей красное окошко с сообщением: "Эксперименты с геномом человека строго запрещены! О ваших действиях доложено в дежурную часть Объединенной Церкви!" Стасик многозначительно посмотрел на Анну-Марию и ехидно улыбнулся. Тут же вылетело новое сообщение: "Ошибка подключения к Сети! Проверьте информационный кабель!" Стасик выключил наивный комп и включил заново. Пиратскую ломалку для геном-редактора он нашел в Сети без особого труда, установил ее и снова считал свой генокод, отключив кабель. Но это уже было лишней предосторожностью, теперь геном-редактор не возражал. С совмещением двух генокодов тоже пришлось потрудиться. Стасик рядно полазил по Сети, читая статьи о хромосомных механмах. Наконец он нашел что искал: оказывается, пол живых существ регулировался специальной Y-хромосомой. Кто б мог подумать, обычные хомки были бесполые. Единственное, чего он не смог придумать, - как встроить лазеры в глаза. После нескольких попыток ему удалось сделать костяные зрачки, но компьютер предупредил, что существо не сможет видеть. Стасик вернул все как было и предложил встроить человечку зубы гадюки, но Анна-Мария сказала, что человечек может прикусить язык и умереть. Зато она предложила снабдить его крылышками. Стасик согласился и даже скачал код крылышек, но геном-редактор заявил, что потребуется серьезная переделка двигательной и нервной систем, а расчет займет восемь часов. Ждать восемь часов никому не хотелось. - хотя бы сделаем звездочку на виске, как у феи Элабет! - твердо сказала Анна-Мария. - Какая гадость, - поморщился Стасик, но запустил фильтр родимых пятен и начал рисовать звездочку. - Кривая! Дай я! - оттолкнула его Анна-Мария и сама села за клавиатуру. Вскоре звездочка была готова. Стасик покрутил фигурку человечка, прилепил звездочку ему на лоб и снова покрутил со всех сторон. - Пакость какая! - расстроился он, и на глазах у него появились слезы, хотя за них было стыдно перед Богдамиром. - Мы же хотели сделать героя! А получается самый обычный человек обычных генов... - И совсем не обычных! - возразила Анна-Мария. - У нас тоже гены древних героев. Мама рассказывала, что мои предки были викингами. - У них были глаза-лазеры? - оживился Стасик, шмыгнув носом. - У них были корабли и большие железные ножи, они ими резали врагов. - Круто! - сказал Стасик. - А красный плащ-скафандр у них был? - Сто процентов, - подтвердила Анна-Мария, немного подумав. - А у меня предки славяне. Это герои? - Конечно, герои! Они сражались с викингами и ездили на конях. - Коня мы сделаем, - кивнул Стасик и поморгал глазами, чтобы высохли слезы, пока никто не заметил. - Не проблема - коня сделать. В это время комп пискнул. - Ура! - подпрыгнул Стасик и прочел вслух: - "Геном адаптирован для развития в инкубаторе. Программа развития - скоростная. Установите яйцо в инкубатор и нажмите любую клавишу для записи генома в яйцо". Анна-Мария бросилась на кухню и принесла здоровенное куриное яйцо - размером с большую грушу. Стасик собственноручно укрепил его в гнезде и опустил крышку. Генокод переписывался долго, на инкубаторе поочередно мигали лампочки: сканер не сразу нашел в яйце материнскую клетку, а затем еще долго выжигал случайных бактерий. Наконец комп пискнул и выдал сообщение о старте инкубации. - О-о-ой! - разочарованно протянула Анна-Мария. - Целых девять недель?! Это же вечность! Почему не шесть дней? - Вообще я установил самый скоростной режим. - Стасик тоже был озадачен. - Наверно, скорее нельзя. Человечек ведь сложнее хомки. Может, в моем инкубаторе было бы скорее? - Ну да, щас! - обиделась Анна-Мария. - У меня седьмого поколения! - Слушай! - насторожился Стасик. - А твои родители не заметят, что инкубатор так долго занят? - Если я не буду приставать к папе, он сам не сядет конструировать хомок. Вот только лампочки... - Мы заклеим лампочки черной лентой, - предложил Стасик. - Папа не заметит. Этого дня Стасик и Анна-Мария ждали с нетерпением. Анна-Мария рассказывала, что иногда глубины инкубатора доносятся постукивания и шорохи, хотя она не уверена. И вот этот день настал. После школы Стасик и Анна-Мария сели возле инкубатора и начали ждать. Наконец инкубатор щелкнул, как тостер, и крышка его приоткрылась. Изнутри повалил теплый кисловатый пар. Стасик подскочил к инкубатору, распахнул крышку и отшатнулся. Анна-Мария выглянула -за его плеча, и лицо ее тоже умленно вытянулось. На подстилке камеры в склких обломках скорлупы лежал маленький ребенок. Он дернулся, всхлипнул, забил ножками и пронзительно закричал. - Как мерзко вжит! - поморщилась Анна-Мария, зажимая уши. - Хомки так не вжат! - Ну какой же это геро-о-ой... - разочарованно протянул Стасик, брезгливо тыкая пальцем. - Голый, сморщенный, весь в складках. Где плащ-скафандр? Ребенок вжал, захлебываясь, и, видно, останавливаться не собирался. - Может, его покормить надо? - спросила Анна-Мария. Стасик взял с полочки пакет "Хомкинкорма", вытряс на ладонь желтоватые крошки и начал сыпать их на ребенка, стараясь попасть в открытый рот. Ребенок закашлялся и завжал еще пронзительней. - Что-то мы не учли, - пробормотал Стасик. - Что-то не учли. Сто процентов. - Фу, мерзость, - сказала Анна-Мария. - Забери его к себе, а то мои родители скоро придут. - К себе не могу, - покачал головой Стасик. - У меня бабка. - Может, отнести его в зоопарк? - предложила Анна-Мария. - Ага, тут-то нас школы и выгонят! - Думаешь, за это выгоняют? - Анна-Мария наморщила лоб. - Идея! ему рот закроем и на чердак унесем. А ночью придумаем, что делать! Ты сможешь ко мне ночью прийти? - Смогу, наверно, - кивнул Стасик. - А чердак у вас не заперт? Над городом висела большая луна - желтая и выпуклая, как глаз яичницы. Стасик снова выглянул куста, свистнул и хотел было опять спрятаться, но тут на восьмом этаже наконец приоткрылось окошко и высунулась знакомая челка. Анна-Мария помахала рукой и скрылась. А через минуту пискнул домофон подъезда: Анна-Мария открыла ему дверь. Стасик крадучись зашел в подъезд и поднялся на восьмой: вызывать лифт он побоялся. Анна-Мария ждала его у квартиры. Поверх белой ночной рубашки она накинула зимнюю куртку, на ногах у нее были сапоги. - Что, так и пойдешь? - удивился Стасик. - Если буду искать одежду, мама с папой проснутся. Пошли! Анна-Мария тихонько прикрыла дверь, и они пошли вверх по лестнице. Люк чердака был приоткрыт, стояла тишина. Из щели, сквозь клочья пыльной ваты и ржавые скобы, сочился теплый воздух, пахнущий летом, древесиной и голубями. Анна-Мария зажгла красный фонарик-светлячок, и они полезли на чердак. В дальнем углу стояла картонная коробка, и в ней на подстилке мятых газет лежал ребенок. Глаза его были закрыты, а тельце в тусклом лунном свете казалось совсем синим. Анна-Мария посветила фонариком. - Потрогай его! - сказала она шепотом. - Сама потрогай! - прошептал Стасик. - Боишься, что ли? - Не знаю. - Ну и потрогай! Стасик осторожно наклонился и положил палец на живот малыша. Живот был почти холодный. - Может, укрыть его? - спросил Стасик. - Газетой? - Он не умер? - Анна-Мария с любопытством посветила фонариком на бледное личико. - Возьми его в руки! - А чего я? - возмутился Стасик. - Ну ты же у нас бесстрашный герой, Майор Богдамир? Стасик шмыгнул носом, опасливо засунул ладони в коробку и взял крохотное тельце. - Дышит? - спросила Анна-Мария. Стасик осторожно поднес тельце к уху. - Не знаю, - сказал он. - Кажется, нет. Или дышит? - Теплый? - Анна-Мария, не дожидаясь ответа, коснулась малыша ладошкой. - Чуть теплый. Смотри, смотри, кровь - ему ногу голуби поклевали! - Фу... - Стасик положил малыша в коробку и выпрямился. - Если он умер, то его надо закопать. - А если не умер? Стасик задумался. Анна-Мария оглянулась и подняла фонарик-светлячок. - Идея! - сказала она. - Мы сейчас положим его на дощечку и пустим по реке! Он будет герой-викинг! - Круто! - согласился Стасик. Они стояли на гранитном парапете набережной, на ступеньках, спускающихся к самой воде. Стасик, вооружившись щепкой, сосредоточенно чистил дощечку, которую они нашли в глубине чердака. Анна-Мария держала на руках младенца. Стасик подумал, что вот так, в лунном свете, на фоне тихой воды канала, Анна-Мария очень хорошо смотрится - в белой ночной рубашке и пухлой куртке на плечах, с маленьким лысым человечком, прижатым к груди. На виске младенца темнела звездочка - не такая ровная, как они нарисовали, но вполне четкая. - То мне кажется, что дышит... то не дышит, - задумчиво сказала Анна-Мария, кладя малыша на дощечку. - А как мы его назовем? - Герой, - ответил Стасик, опуская дощечку на воду. - Наш герой. - Классно. Пускай плывет. - Анна-Мария улыбнулась. Дощечка мирно покачивалась на воде, и казалось, что младенец тихонько шевелит ручками. Стасик поднял прутик, наклонился над водой и собирался оттолкнуть дощечку от берега, но Анна-Мария взяла его за рукав. - Подожди! Так будет еще красивее! - Она размотала с запястья шнурок фонарика-светлячка, включила его и опустила на дощечку рядом с головой малыша. - Клево! - улыбнулся Стасик и оттолкнул дощечку прутиком. Дощечка уплывала все дальше от берега, а Стасик и Анна-Мария стояли, взявшись за руки, и завороженно смотрели на сонную поверхность канала и на пропадающий вдалеке пррачный свет красного маячка. - Ну что, по домам? - наконец облегченно улыбнулась Анна-Мария и поежилась. - По домам, - кивнул Стасик. - Я провожу тебя. Взявшись за руки, они поднялись по гранитным ступенькам, прошли по бульвару и углубились в переулки. Город был тих и пуст, лишь проехал мимо первый робот-подметальщик, гудя и мигая желтой лампой. Стасик и Анна-Мария шли молча, держась за руки и улыбаясь. Иногда останавливались и смотрели на луну, когда та появлялась в прорезях между зданиями. Возле своего дома Анна-Мария повернулась к Стасику и серьезно посмотрела ему в глаза, мотнув челкой. - Но мы же никому-никому об этом не скажем? - Сто процентов не скажем, - подтвердил Стасик. - Не горюй, - кивнула Анна-Мария. - Когда мы вырастем, то сделаем нового ребенка. Нашего героя! - Сто процентов, - согласился Стасик. - Или нашу фею. Они еще немного постояли в неловкой тишине, а потом Анна-Мария неожиданно чмокнула его в щеку, развернулась и поскакала к подъезду. И Стасику это совсем не показалось стыдным. Может быть, потому, что никто не видел?