Кто кем будет?

Валерий Владимирович Медведев

Валерий Владимирович Медведев. Кто кем будет? Монолог Мне помнится недавний разговор, Вернее, задушевная беседа, Еще вернее, задушевный спор, Затеянный друзьями до обеда, Собравший у парадного весь двор. Тут были все: и Люда Горюнова, Соседка-хлопотунья с проходного, И Коля, по прозванию Коля, Считающий до тыщи от нуля, И Танечка, брюнетка с алым бантом, Боксер Валерик, наводящий страх, И Ким Бобров с нашивками сержанта На кепке, на плечах и рукавах. Там был Вадим Каштанов - сын пилота, Андрей Петров - футбольный чемпион, А также было общество без счета Ничем не примечательных персон! И так как все они серьезнейшие люди, И временем привыкли дорожить, Им было надобно в конце концов решить Назревшую проблему: кто кем будет? Коля сказал: "Кубанским казаком Решил я стать, и все! И, чур, я первый!" Андрей Петров, футбольный чемпион, Сказал, что без отрыва от футбола На космонавта он пойдет учиться в школу, И водолазом-сварщиком в ЭПРОН Пойдет опять же без отрыва он. "А я, ребята, буду продавцом И вам же буду продавать ирис", - Весьма задористо воскликнул кто-то из Ничем не выдающихся персон. Сын академика, почесывая ногу, Сказал, что у него вопрос с отцом решен, Он только подрастет еще немного И в цирке будет выступать Карандашом! "Я буду токарем!" - воскликнул Леша Кочкин. "А я пойду в строители дорог!" Тут было спор, достигнув высшей точки, Едва не перешел на самотек. Но вот стоявший на высокой бочке Валерик свистнул в трубчатый свисток, И в наступившей полной тишине Спокойно попросила слова, Стоявшая дотоле в стороне, Четырехлетняя Людмила Горюнова, Соседка-хлопотунья с проходного. И Люда, не сводя влюбленных глаз Со спящей куклы в платье темно-синем, Сказала тихо и не торопясь: "Учиться я хочу на героиню, Как только посещать начну я школу, Учиться буду только я на "пять", На космонавтку Валю Терешкову". Всех только Толечка трехлетний рассмешил, Известнейший смельчак и забияка, Когда он громко вслух всем заявил, Что будет пограничною собакой. И громче всех смеялся на скамейке Вадим Жильцов в военной портупейке. Сказал Вадим, затвором щелкнув лейки: "Как пограничнику известно точно мне, Что человек не может быть ищейкой, А вот ищеем может быть вполне!.." И все вполне с Вадимом согласились. "А ты кем будешь?" - Фокина спросили. Приняв решенье радостно и быстро, Собранию признался Фокин в том, Что он, конечно, будет трактористом, А также комбайнистом будет он! "Но я боюсь, - сказал вдруг тихо Толя. - Не будет толку из моих затей, Я не боюсь ничуть работать в поле, Но я боюсь, что я боюсь гусей!.." И Толю, успокаивая хором, Наперебой все стали заверять, Что от него, от Толи-комбайнера, Гусей ребята будут отгонять!.. Сказала важно Крутикова Лена, Кем быть, конечно, ей не все равно, Мечтает быть она одновременно Киноактрисою и зрителем в кино!.. Сказал Сергей, державший в банке рыбок, Писателем давно он хочет стать, Но он так много делает ошибок, Что просто ненавидит он писать!.. Но успокоили Сережу Таня с Леной (по русскому у них обеих "пять"): Сережа пишет пусть свои поэмы, Они ему ошибки - исправлять. Здесь спор ребячий разгорелся снова, Но в стороне раздался плач негромкий, И все заметили Танюшу Иванову, Сидящую на ящике в сторонке. Бежали слезы по щекам рекой. Танюша всхлипнула глубоко и затем Сказала, слезы утерев рукой: "А мне придется, значит, быть никем, Раз все профессии вы сразу расхватали..." И вновь у Тани слезы засверкали. Но Таню успокоили подружки: Работа в будущем для Тани тоже есть, Профессий на земле так много нужных, Что их, пожалуй, всех не перечесть. И, чтобы с выбором Танюше не возиться, Советовать наперебой все стали ей Стать почтальоном или проводницей И даже укротителем зверей! Но бег минут, увы, неумолим, Но ход часов нам все еще неведом, Ребята не заметили, как им Пора пришла уже идти обедать. Послышалось из окон: "Детвора! Обедать время! Час пришел! Пора!.. " Кричали мама Светы, Колин папа, Олега бабушка и дедушка Петра: "Обед простыл! Вы слышите, ребята? Довольно вам шуметь! Домой пора!" На улицах Москвы был полдень знойный, И на призывы бабушек и мам Ребята стали шумно, но достойно Спокойно расходиться по домам. Шли сталевары, клоуны, артисты, Шли балерина, токарь и пилот, Шел космонавт суровый и плечистый, Что космолет свой к Марсу поведет. Геолог шел, и повар, и водитель, Шли музыкант, писатель и атлет, Киноартист шел, критик, укротитель И скульптор, и художник, и поэт.